В дорвеестроительство идет новое, сильное поколение

Родился я на севере Казахской тогда еще ССР в небольшом городе – детище
освоения целины и развития мирного и не очень атома. Этот город, под
названием Степногорск, полностью оправдывал свое название, и, находясь в
полосе с резко континентальным климатом, подвергался годовому
воздействию температур от -35 до +35 градусов по Цельсию, был продуваем
сильными ветрами в независимости от времени года.
Детство свое я помню очень хорошо. Как и большинство моих сверстников, я
посещал детский сад, ездил с бабушкой на родину ее и моего отца в
Саратовскую область в деревеньку Матвеевка, что стояла на берегу одной
из самых больших рек России – Волге. Путь наш как правило пролегал через
Куйбышев, и кто бы знал, что спустя много лет судьба предоставит мне
возможность жить в нем. Но, об этом позже.
Рос я развитым мальчиком, с широким кругом интересов, среди которых были
увлечения спортом, музыкой, чтением книг. Книги… Книги я читал,
по-моему, всегда. Приходя в гости к другой бабушке, я прежде всего брал
в руки книгу и читал, читал… Конан Дойл, Джек Лондон, все трое Толстых,
настолько трое, что я даже не помню имен их. Ах, да… Один был Лев, чье
бессмертное творение известно на весь мир и о названии которого ученые
до сих пор спорят, что за буква была в середине, i или и. Другой Толстой
писал о разных вурдалаках, а третьего я любил за его научную фантастику
типа «Гиперболоид инженера Гарина». Книг действительно было много,
большинство я уже и не помню.
В год, когда вся страна следила, как улыбающийся мишка с поясом из пяти
разноцветных колец был символом проходивших в Москве Олимпийских игр, а
самого известного клоуна звали Олег Попов, я пошел в школу. Со школой
проблем у меня никогда не было. Учился я легко, ровно настолько, чтобы
без троек заканчивать четверть, а по весне в двадцатых числах и после
летней отработки производственной практики переходить в следующий класс.
Единственной неприятностью, как я считал тогда, да и сейчас не изменил
своего мнения, доставляли учителя, видимо, не от большой деликатности и
педагогического такта, постоянно напоминавшие мне о моем старшем брате.
Круглый отличник, душа школы, ведущий активную деятельность в ее стенах
и вне, был последним ее золотым медалистом. Лишь в следующем, 1986-м
закончил с серебряной медалью брат моего ставшего позже и навсегда
друга. Однако, больших неудобств я не испытывал, потому как и сам был в
каждой бочке затычка, при раскрученной уже моим предшественником
фамилией, имя мое тоже занимало достойное место на различных досках,
грамотах и прочем. Брался я за всё. Что то было интересно, что то было
необходимым, а что-то… В восьмом классе, когда на конкурсе бальных
танцев нужно было выставлять сольный номер от класса, меня уговаривали
трое учителей и одноклассница, при этом мотивация
«андрейнупожалуйстакрометебябольшенекому» меня убедила, и спустя три
недели мы с партнершей были награждены тортом и грамотой за первое
место. Занятое мной уже в последнем классе третье место на городской
математической олимпиаде наконец то заставило молчать учителей по физике
и математике.
Параллельно со школой в разные временные отрезки я посещал секцию
плавания, музыкальную школу по классу фортепиано (пожалуй, это
единственное учебное заведение, которое я не закончил, хотя и поступил,
и учился при своем огромном желании), радио- и авиамодельный кружок, да
много всего было, как то не приживалось, в основном по причине быстро
возникающей скуки. Самым сильным моим увлечением был
военно-патриотический клуб «Пограничник», это мне по настоящему
нравилось. Тренировки, песни, выезды на заставы…
В старших классах, так как то получилось, что дружили мы костяком
шестнадцать человек, и все из одного класса, пополам мальчиков и
девочек. Гуляли, ходили в кино, в гости. Чаще всего собирались,
естественно, у меня. Стоит отметить, что родители мои никоим образом
этому не препятствовали, всегда был чай с разными свежеиспеченными
вкусностями, конфетами. Спиртное у нас в компании не было принято, так,
по случаю, уже в последнем классе выпивали.
И вот он, последний звонок… Накануне я приехал из Свердловска с
экзаменов, которые сдавал в Уральский политехнический институт после
успешного окончания годовых заочных подготовительных курсов. Впереди
была взрослая жизнь…
Последний экзамен, который я сдавал уже с общим потоком на радиофак был
мною благополучно завален, иначе просто полученную мной оценку «три» за
физику не назовешь. Предложенные мне на выбор строительный и технологии
силикатов факультеты меня не впечатлили, поэтому, когда я увидел женщину
за столом в холле института, за спиной которой гордо было написано
«Свердловский электротехникум связи», я прямиком направился к ней. Так в
моей жизни был сделан выбор и появилась профессия, которой я занимаюсь
уже почти 15 лет…

- Ну, Лексей, ты - не медаль, на шее у меня - не место тебе, а иди-ка
ты в люди...
И пошёл я в люди.
(М.Горький)


В людях

Техникум для меня начался с поездки в колхоз. Вышло так, что не совсем
разобравшись что к чему, я попал на квартиръерство, где мы в составе
человек пятнадцати занимались подготовкой к размещению студентов. Так
впоследствии и сложилась наша дружба с этими людьми. В техникуме
раскрылись во всем великолепии все самые отрицательные черты моего
характера, о которых я даже и не подозревал. К ним относилось самое что
ни на есть расп…(язык не поворачивается сказать «разгильдяйство», потому
что это слово просто бледно для описания данного факта) и лень. Между
тем я столкнулся со многими вещами о которых в силу своего достаточно
светлого детства даже и не подозревал. Мальчиком я прослыл «правильным»,
что на тинейджерском сленге того времени никак не имело ничего общего с
нынешним «реальный и правильный пацан». Думаю, понятно, о чем идет речь.
Однако, в силу достаточно многочисленных положительных качеств, я нашел
достойное место в студенческом сообществе и проживание в общежитии не
доставляло мне хлопот. Ломка была тяжелой, но всё же, если мир не
принимает тебя таким, какой ты есть, стоит задуматься, а почему? Вывод
был неутишительным, но правильным. Так я научился приспосабливаться к
любым жизненным обстоятельствам, уживаться с любыми людьми, при этом
абсолютно без проблем для меня и заслуживая уважение у других.
Техникум как и школа пролетели легко и без забот. Мой мозг, несмотря на
пропуски занятий и не всегда скромных возлияний, вследствии своей
молодости легко усваивал учебные материалы, а потому в конце третьего и
последнего года обучения мне было предложено без экзаменов поступить в
Поволжский институт информатики, радиотехники и связи. Свершилось! Я
поступил в ВУЗ.

Самара… Самару я полюбил с первого взгляда. Детские воспоминания об этом
городе были блеклые, и не передавали всего великолепия города,
вытянувшегося вдоль Волги, с населением около полутора миллионов
человек. С тех пор, как я сошел с поезда осенью 1993 года, при каждом
воспоминании о Самаре, у меня по коже бегут мурашки, а в голове звучит
голос Людмилы Зыкиной.
В институт ми приехали целой командой Свердловских. Все 24 человека, как
и я хорошо закончивших техникум ребят образовали костяк ускоренно потока
с обучением в четыре года. К нам присоединилась группа таких же как и мы
самарских и чебоксарских ребят и девушек. Здесь я и познакомился с
девушкой, которая в конце первого курса стала моей женой. Свадьба была
студенческая. В силу непреодолимых обстоятельств родители мои на свадьбу
приехать не смогли, потому из «взрослых» присутствовали только родители
моей супруги. Всё действо происходило в холле общежития, и потому можно
смело сказать, что гуляла вся общага. Праздник удался на славу.
Помотавшись по профкомам и деканатам, мне удалось выбить для семейной
жизни негабаритную трехместку, с потолками в четыре и площадью двадцать
квадратных метров, в которой тут же был произведен ремонт под себя
(благо, в этой комнате так же до нас жили женатики) и вот оно - уютное
семейное гнездышко.
Жена моя, зная о моем качестве всё оставлять на последний момент, особо
не напрягалась, но и расслабляться не давала. Поэтому оценки я получал
сплошь на буквы «х» и «о», помогал другим, и времени оставалось
достаточное количество на посещение театров, музеев, работы на стройке,
а так же места на берегу реки, в простонародье называемого «дном».
Каждый самарчанин знает, что такое «дно». Палатка, расположенная на
торце пивзавода, в трехстах метрах от Волги давала людям представление о
том, что такое настоящее «Жигулевское» пиво. Отличительной особенностью
было то, что рядом находился парк с аттракционами, набережная,
драматический театр и два дома, на строительство которых мы сотоварищи
уходили с последней пары.
Так и прошли-пролетели четыре года уже не такой, но всё еще беззаботной
студенческой жизни...

автор: Andrey V Ulitov

MORE...